Картофельные бунты в Каменском заводе

Автор:
Владислав Ермаков

Попалось под руку малоизвестная публикация из аль­манаха «Русская старина» за 1874 год, и зашумели в голове свободолюбивые и трагические мелодии род­ного края. Но, пожалуй, эта музыка для тех, «в ком бродит гордый дух гражданства».

Источник сведений - Петр Петрович Деви (1842-1896) потомок англичан на русской службе, горный инженер. В молодости он был жителем нашего селения и с 1868 года (по данным историка А. В. Новикова) назначен смотрителем завода. Петр Петрович показался люби­телем местной истории и не рабом самодержавия. В связи с этим летом 1878 года он записал уникальные воспоминания крестьянина Петра Гурина о народных протестах. А свидетельства очевидца - это уже истори­ческий документ. Страшная история у нас была.

«Не приведи бог видеть русский бунт...»

В 1837-1841 годах, заботясь о россиянах, Николай I решил соз­дать неприкосновенный запас продовольствия на случай кри­зиса (войны, неурожая или эпи­демии). Для этого он создал министерство государственных имуществ во главе с графом П. Д. Киселевым, который имел ре­путацию борца за отмену кре­постного права. Реформа прово­дилась за счет крестьян, то есть они должны были отдать госу­дарству часть своего семенного зерна, а также расширить посад­ку картофеля.

Но казус в том, что в некоторых местностях народ от невежества или от нежелания менять при­вычные устои, реформу не при­нял, не поверил министру и взял­ся за оружие. Власти, опасаясь народной смуты, должно быть, вспомнили слова поэта («Не при­веди бог видеть русский бунт, бессмысленный и беспощад­ный!») и послали в уезды коман­ды с артиллерией - внедрять реформы силой.

В Уральском регионе усмирять завороху пришлось Пермскому губернатору И. И. Огареву. А в волостях экзекуции над непокор­ными осуществляли местные полицмейстеры, исправники и окружные начальники. В горном селении Каменского завода с 1842 года (по сведениям А.В. Новикова) - главный полицей­ский Долмат Александрович Подкорытов.

Какова роль в устранении бес­порядков Ивана Антоновича Бароцци де Эльса, управителя чу­гуноплавильного завода, бывше­го тогда в чине майора корпуса горных инженеров, не выяснена, потому что документы на сей счет еще не попадались.

Поход бунтовщиков на Камен­ский завод - факт малоизвест­ный в истории нашего края, но поучительный. Описание даем по представлению П. П. Деви. Место события - современная территория города Каменска- Уральского. Время действия - март 1842 года.

«Волковское общество под­нялось первое. Так как деревня их в восьми верстах от Камен­ского пушечнаго завода, то часть волковских крестьян под­ходила к Каменску, с целию пройти через него в волость и, собравшись в ней с новыми си­лами, двинуться уже на самый завод, чтобы поднять заводских жителей, которые управлялись в то время горным ведомством и не имели вольности. Заводской полицмейстер Подкорытов, не потеряв присутствие духа, вы­шел навстречу подступившим толпам и остановил их на мосту угрозой, что против них будут выдвинуты пушки. Угроза поде­йствовала и толпы отступили. Примеру Волковского последо­вали окрестные общества и при­нялись за отыскание приговоров о продаже их министру».

«Боже, царя храни!..»

Государственные крестьяне Камышловского уезда опаса­лись, что министерство государственных имуществ начнет продавать их как крепостных каким-нибудь господам или за­водам на окраинных имперских землях (Украины, Крыма или Кавказа). Пример у них был перед носом. Мастеровые Ка­менского завода тоже когда-то были свободными. Но, когда их подчинили казенному заводу и министерству финансов, казна приравняла работу мастеровых к армейской службе. Каменцы долго и плохо привыкали к 25- летней каторге, но кое-что все-таки не забыли о гражданской гордости. Были характерны по­беги молодежи с производ­ства. За что наказывали палка­ми.

Мастеровые и непременные работники потеряли человече­ские права, поэтому их насильно, как скотину, перемещали по уральским заводам. Зато Нико­лай Палкин (прозвище царя) га­рантировал всем бесплатно еду, жену, избу и приусадебный уча­сток.

Жители Каменской волости и завода против картофеля совсем не бастовали и смиренно рас­ширяли его посевы. Однако не понимали, почему за заморский овощ царь раздает награды и деньги не народу, а чиновникам? «А потому, что волостные стар­шины, старосты и писари - все подкуплены. Ассигнации им от­меряют на вес - кому пуд, кому фунт», - возмущались на схо­дах.

Мелочная опека и вопиющие безобразия в управлении зау­ральскими территориями поро­дили это протестное движение, получившие название «карто­фельные бунты». Но как ни стран­но, оно было в защиту царизма. Протестная формула бунтовщи­ков была простой, сделал вывод П. П. Деви: «Наш царь-батюшка не знает, что слуги его обманы­вают».

«Солдатушки, бравы ребятушки...»

Едоки картофеля начали на­казывать местную власть. Исто­рия запомнила ужасающие фак­ты. Крестьянин Петр Гурин вспо­минает. В селе Тамакульском писаря Канахина истязали во­семь часов, «миропродавец» умер. Дьячка и причетника за­ставили на морозе раздеться, и злые прихожане обливали их во­дой. В селе Курьинском старши­ну высекли, чтобы прочувствовал свою вину, на сходе. В селе Теченское священника Василия Констанского протащили в реке под льдом, но, к удивлению, он остался жив. Такие примеры са­моуправления. Наша граждан­ская война 1918-22 годов, как видно, в прошлом имела репети­ции.

В святые дни 1842 года масте­ровые по обыкновению распева­ли в пьянстве любимые песни. Одна из них: «Солдатушки, бра­вы ребятушки, где же ваши жены? - Наши жены - ружья за­ряжены, вот где наши жены!» Страшная сила - русский сол­дат: прикажут - врагов вырубит, глазом не моргнет. Но и «враг» под стать. П. П. Деви сообщает, что крестьяне «на сходках все были вооружены кто чем попало: вилами, топорами, жердями и палками». В селе Теченское, когда «бравы ребятушки» вы­стрелили в толпу холостым за­рядом, толпа насмешливо за­гудела и забросала карателей камнями и палками.

«Команда «смирно»! - заорал полицмейстер. - Стрелять по толпе... картечью... Пли!» Пушка рявкнула и откатилась... Когда пороховой дым рассеялся, то видно было, как, кто мог, безу­мно разбегались и уползали куда, кто мог. А остальные лежа­ли мертвыми...»(из записок П. П. Деви).

Невероятно, но факт: дух граж­данства в уральском углу дал по­вод для вдохновения революци­онному демократу А. И. Герцену. В память каменских жертв он еще раз ударил в свой «Колокол» (первая русская революционная газета, издававшаяся А. И. Гер­ценом и Н.П Огаревым в эмигра­ции). Об этих событиях «пропел» в романе «Хлеб» Д. Н. Мамин-Сибиряк. А советский писатель П.П.Бажов вплел в музыку Уральского края мелодии из зловещего «Сказа про «водолазов».


16.08.2016 23:27
485

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!