Исеть и Каменка

Автор:
Н.С.Корепанов

Нижне-Исетский завод вблизи Екатеринбурга был основан в начале XIX в. и действовал чуть более ста лет. Замышлявшийся как монетный двор, он был рожден как передовое предприятие по производству стали. Незадолго до Отечественной войны 1812 г. здесь было налажено артиллерийское производство. Впоследствии Нижне-Исетск оставался не самым крупным, но весьма значительным казенным железоделательным заводом.

…Переломным для горного ведомства стал 1807 год – была отменена приписная система. Приписных крестьян, поголовно тянувших заводскую лямку, больше не было. Вместо приписных появились так называемые непременные работники; их выбирали в работы как рекрутов – по одному от нескольких крестьянских дворов. В работы при Нижне-Исетском заводе направлялись непременные работники ближних Арамильской, Белоярской и Бобровской волостей.

Вместе с приписной системой ушла в прошлое и старая Берг-коллегия. Взамен ее был учрежден Горный департамент в составе Министерства финансов (с 1811 г. он звался Департаментом горных и соляных дел). Тогда же общее местное руководство уральскими заводами сосредоточилось в Перми. Там открылось Пермское горное правление; начальником над всеми заводами стал пермский генерал-губернатор. Прежние независимые горные начальства (в 1807 г. их было четыре) были преобразованы в управления тогда же учрежденных горных округов. Главой Екатеринбургского округа, как и ожидалось, назначен был прежний его фактический руководитель – И.Ф. Герман. В подчинении его оставались все те же предприятия. Лишь закрылся Екатеринбургский завод.

Да, 1 мая 1807 г. официально прекратил действие Екатеринбургский завод. Производственные площади его были переданы монетному двору, а часть оборудования отправлена в Нижне-Исетск. Туда же были переведены многие екатеринбургские мастеровые и заводские служители, включая и последнего управителя Екатеринбургского завода Ивана Никитича Подоксенова.

Нижне-исетский завод в Екатеринбурге

Сын екатеринбургского мастерового, образование получивший в екатеринбургских школах, возглавил теперь Нижне-Исетский завод. На посту нижне-исетского управителя ему суждено было прослужить четверть века – это едва ли не рекорд пребывания казенного заводского начальника в своей должности. Вообще, среди уральских заводских управителей XVIII – XIX вв. И.Н. Подоксенова можно считать одной из самых ярких и масштабных фигур. А сам Нижне- Исетский завод, казалось, перенял в те майские дни что-то от исторической миссии Екатеринбургского горного завода, основанного генералом Генниным.

Символично, что вскоре же на Нижнюю Исеть перевезли из Екатеринбурга деревянную Вознесенскую церковь. В Екатеринбурге она была выстроена в конце 1760-х гг. по настоянию и частично на деньги заводских мастеровых. В Екатеринбурге она стояла в мастеровой Мельковской слободе, под горкой, на которой в конце XVIII в. возвели уже каменную Вознесенскую церковь.

И.Н. Подоксенов так передал просьбу заводчан:

«Жители здешнего Нижне-Исетского завода изъявляют, что они есть православной соборной апостольской церкви христиане, но для приношения Всевышнему Богу жертвы и прочего христианского обряда не имеют богослужебного храма… На что и просили они Градо-Екатеринбургской Вознесенской церкви у прихожан согласия, чтоб к сему богоугодному делу принесть им из города в здешний завод прежде бывшую в служении, а ныне состоящую порожнею, деревянного здания Вознесенскую церковь».

Вознесенская церковь в Нижне-исетском заводе в Екатеринбурге

В Нижне-Исетске перевезенную церковь собрали по бревнышку и установили в обывательских кварталах по правому берегу реки, при кладбище. Первым заводским священником стал Лев Флоровский, носитель известной в Екатеринбурге и на Урале священнической фамилии. А дьячок Петр Максимов с 1809 г. учил в заводской школе грамоте и письму нижне-исетских мастерских и солдатских детей. И ставил оценки: «понятия и успехов хороших», «успевает довольно хорошо», «успевает не худо», «успевает средственно». Имелось, впрочем, нижне-исетским школьникам и другое задание: каждую весну школьников 10-13 лет со всех окрестных заводов направляли на Березовские промыслы к разбору золотых руд и промывке песков.

Заводская школа размещалась первоначально в некоем «земляном строении», впоследствии отданном под заводскую полицию. Что-то вроде обширной землянки, надо полагать. Относительно деревянной Вознесенской церкви следует еще добавить, что, согласно авторитетному церковному изданию нач. ХХ в., она была первоначально выстроена на Торговой площади Екатеринбурга, а уже оттуда перенесена в Мельковскую слободу. Однако по нашим данным, деревянная Богоявленская церковь с Торговой площади была перенесена в конце 1770-х гг. на новое городское кладбище, где была освящена как Успенская и явилась первой постройкой будущего Тихвинского монастыря. А Вознесенская церковь была выстроена по проекту известного уральского горного офицера Афанасия Кичигина. Так или иначе, деревянная Вознесенская церковь Нижне-Исетска дожила до советских времен и оказалась таким образом единственной деревянной екатеринбургской церковью XVIII века, увидевшей век XX-й.

Екатеринбург же с закрытием своего завода был провозглашен «горным городом», единственным городом империи, относившемся к горному ведомству. Для Нижне-Исетска он был важен тем, что здесь размещалось управление Екатеринбургским округом – Главная контора Екатеринбургских заводов. На ближайшие почти восемьдесят лет нижне-исетскому управителю и Нижне-Исетской заводской конторе предстояло отчитываться пред нею и пред екатеринбургским горным начальником. Еще нужно отметить, что с мая 1810 г. И.Ф. Герман постоянно жил в Петербурге и лишь регулярно слал указы в екатеринбургскую Главную контору. В ней в то время распоряжались обер-берг-мейстер Андрей Булгаков и обер-гитен-фервальтер Адольф Агте.

И вот в ноябре 1810 г. под их председательством, с приглашением управителей Каменского и Нижне-Исетского заводов маркшейдера Александра Мамышева и гитен-фервальтера И. Подоксенова и при участии еще нескольких горных офицеров в Главной конторе состоялось важное совещание. Зачитано было обращение военного министра к министру финансов (как помним, горный департамент входил в министерство финансов) о том, что войны не избежать: «Неотложные меры обеспечения границ нашей Империи необыкновенно увеличиваются». В связи с этим Артиллерийский департамент Военного министерства назначал трехлетний наряд на пушки пяти видов – 24, 18, 12, 6 и 3-фунтовые (калибр определялся весом ядер), 5- и 2-пудовые мортиры, пудовые и полупудовые единороги. Назывались адреса отправки: Финляндский, Лифляндский, Киевский, Астраханский и Сибирский департаменты. Но с важной оговоркой: «Места сии, как и требуемое на оные количество орудий и снарядов, по неизвестности, в котором именно краю потребуется оборона, непременными навсегда оставаться не могут». На заводы Екатеринбургского округа возлагался наряд для Астраханского и Сибирского департаментов. Но сделано было важное уточнение: «Сибирский департамент меньше имеет теперь надобности в орудиях и снарядах, нежели Киевский… Все орудия и половину снарядов, принадлежащие первому, обращаются на последний». Пунктом назначения орудий для Киевского департамента был город Калуга – будущее западное направление.

Всего требовалось отлить за 1811-1813 гг. 1284 орудия, в основном, 3-, 6- и 12-фунтовые пушки. Официальный отчет о выполнении наряда опубликован в известном сборнике документов историка В.В. Данилевского. Отливать чугунные орудия во всем Екатеринбургском казенном округе мог лишь Каменский завод с его домной. После отливки у пушек, точнее у пушечных болванок, полагалось высверливать стволы изнутри и обтачивать снаружи, и для этого на Каменке имелись пять «свирельных» (т.е. сверлильных) станов. Теперь же, для выполнения наряда 1811-1813 гг., требовалось расширить производство, но Каменский завод, ограниченный, как и все уральские заводы, возможностями своего пруда, сделать этого не мог. Поэтому неизбежно зашла речь о Нижне-Исетске с его многоводным прудом.

Контора Нижне-исетского железоделательного завода в Екатеринбурге

Тогда же впервые упомянуты были вагранки – малые чугунолитейные печи: «Господа члены присутствия единогласно одобряют построение нескольких вагранок из кирпича, оставшегося от построения известного немца Гумпрехта… На первый случай предполагают г-да члены построить при Нижне-Исетском заводе три таковые вагранки. К каковой постройке немедленно и приступить». Нижне-исетские вагранки предполагалось использовать исключительно к отливке снарядов. Впрочем, было сказано: «Ученых сему делу литейщиков теперь не имеется». Вскоре же горный начальник И.Ф. Герман из Петербурга и пермский генерал-губернатор К.Ф. Модерах одновременно известили, что отливка снарядов передается казенным Гороблагодатским и Камским заводам, а также распределяется меж частными заводами. Тем не менее, на Нижней Исети одну вагранку успели возвести. Для того специально с Каменки прибыли четверо мастеровых во главе с фурмовым подмастерьем Алексеем Свиньиным, и сложенная под их руководством «воздушная печь» использовалась впоследствии к литью заводских припасов. Гораздо более важным оказалось решение о сверлильном производстве (далее мы будем придерживаться тогдашнего названия «свирельный»). Незадолго до памятного совещания Адольф Агте и каменский управитель А. Мамышев (в недавнем прошлом нижне-исетский управитель) специально заезжали в Нижне-Исетск и теперь совместно с И. Подоксеновым высказались о строительстве в заводе свирельной фабрики на шесть станов. А в перспективе и другой фабрики с такой же мощностью.

В штате каждой фабрики должны были трудиться мастер, 4 кузнеца и 24 работника: «Но людей при всех заводах очень мало, не упоминая, что знающих свирельное дело, кроме мастеровых Каменского завода, совсем не имеется». Поэтому, как и в случае с вагранкой, приходилось рассчитывать на каменских мастеров. Действительно, с Каменки на Нижнюю Исеть прибыли свирельный мастер Васильев (вскоре же умер) и подмастерье Прокофий Косяков. В 1811 г. в свирельную же фабрику Нижне-Исетска повторно был прислан фурмовой А. Свиньин – «как знающий заделывать раковины». Фабрика заработала в конце того года, хоть и вполсилы: «Свирельные станы не всегда в полном числе обращаются от малоимения здесь мастеровых и рабочих людей, которые от сего действия частию повременно отделяются к чугунолитейной печке для отливки разных припасов, нужных к свирельному производству и прочему действию завода, поелику с Каменского завода никаких припасов давно уже, хотя и требованы, не доставляются».

Клеймо на 3-фунтовой крепостной пушке: СА 1810 вылита при Каменском а сверлена при нижнее-исетском заводе

Клеймо на 3-фунтовой крепостной пушке: СА 1810 вылита при Каменском а сверлена при нижнее-исетском заводе

Итак, становилась ясной схема будущего артиллерийского производства. Каменский с Нижне-Исетским заводом составляют комбинат: на Каменке, главным образом, отливка пушечных болванок, на Нижней Исети – их сверление и обточка. Ясным же становилось и стремление заводских управителей: «На Каменском заводе управителем учинен опыт, что можно по три вдруг орудия отливать из доменной печи…». А в марте 1812 г. докладывал уже И. Подоксенов: «Устроил вододействуемую машину, на заводах уральских еще не бываемую, которую и поместил в одном корпусе свирельной фабрики на свободном колесе. Машина сия с таким успехом обделку производит, что в сутки, т.е. в две смены, приводит в совершенную исправность 3 пушки, с занятием только на каждую смену по 2 человека мастеровых».


16.01.2017 09:07
443

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!