Образование и крестьяне

Составляя родословные росписи своих родных и родных В.В. Аввакумова задумалась: были ли грамотными наши предки. И если они были грамотными, то где обучались.

Мои предки и предки Виталия Вениаминовича Аввакумова проживали в Камышловском и Камышевском уездах Екатеринбургской губернии. Они все жили в сёлах и деревнях, были государственными крестьянами. Родились наши бабушки и дедушки все до революции семнадцатого года. Составляя родословные своих мамы и папы, узнала, что родители моей мамы Байнов Павел Андреевич, родившийся 16 августа 1904 г. и Байнова (Сапогова) Таисья Павловна, родившаяся 07 октября 1904 г. были грамотные. Это даже записано в выписе о браке за No 11 от 17 февраля 1925 г (9).

Родились они в деревне Байновой Каменской волости Камышловского уезда. Закончили они церковно-приходскую школу (ЦПШ) в этой деревне. Павел Андреевич закончил четыре класса и считался очень грамотным, он работал в сельсовете и помогал своим деревенским жителям составлять всякие прошения и другие разные документы. Также он очень быстро освоил работу на сельскохозяйственной технике.  Ещё служа в армии, он проучился на курсах трактористов и при проверке выявил хорошие успехи (17). До этого он освоил вождение мотоцикла и служил в мотоциклетной роте.

Таисья Павловна закончила два класса этой школы, как она говорила – две зимы. С весны до конца осени в школу ходить было некогда, так как шли сельскохозяйственные работы. Бабушка очень любила читать, и вместо сказок, рассказывала сюжеты прочитанных книг (3).

Закончил два класса этой школы и старший брат Павла – Александр Андреевич Байнов 1896 г. рождения, учение ему давалось легко. Со слов дочери Клавдии Александровны Благининой (Байновой) 16.04.1931 г. рождения, в классе одновременно учились дети разного возраста, отец схватывал знания быстрее многих и подсказывал старшим детям. Он одним из первых в деревне Байновой приобщился к революционной литературе. При создании колхозов работал бригадиром, председателем колхоза (4).

Папа моего отца родился в селе Зырянском Камышловского уезда 28 августа 1887 года. Он тоже был грамотным, в селе было двухклассное училище. Обучение помогло ему в управлении своим зажиточным хозяйством и в делах торговли. Их семья занималась валенным производством и продажей пимов (валенок). После революции он работал завхозом в детском санатории.

Мама моего отца Васса Степановна ­Зырянова (Таушканова), родившаяся 13 августа 1890 г. образования не получила, читать научил её брат Семён, который учился в церковно-приходской школе. У них в деревне Таушкановой Зырянской волости Камышловского уезда была открыта церковно-приходская школа в 1896 году. Но как говорила Васса Степановна, учили только мальчиков, девочек не учили. И своего здания пона- чалу не было, занимались в разных домах, которые были побольше. Занимались и в их доме. Священник читал молитвы, и она заучивала их на слух. И даже уже в очень преклонном возрасте помнила их отлично (5).

По родословной мамы и папы Виталия Вениаминовича Аввакумова узнаем, что мать его мамы Пелагея Егоровна Шумилова (Дубасова) родившаяся 16 мая 1904 г. посещала церковно-приходскую школу в селе Дубасово Шадринского уезда три зимы и закончила с отличием. Считалась грамотным человеком, и при организации колхозов её поставили заведующей фермой (6).

Папа его отца Александр Федорович Аввакумов, родившийся 08.11.1902 г. в деревне Белоносова (Ельтюки) Покровского прихода, закончил двуклассное училище в селе Покровском, оно считалось также, как церковно-приходская школа. После революции работал в колхозе счетоводом, бухгалтером, ревизором (7).

Мама его папы Елизавета Ефимовна Аввакумова (Фёдорова) была грамотная, но никто не помнит училась ли она в школе.

Степан Корнилович Федоров, родившийся 26 марта 1886 г., дядя Елизаветы Ефимовны Аввакумовой (Федоровой) окончил три класса церковно-приходской школы на хорошо в селе Черемхово Клевакинской волости Камышловского уезда. Он оставил воспоминания об учебе в этой школе (8).

При открытии школы девочек тоже не учили, может быть потому, что не хватало места мальчикам. Решение учить или не учить девочек решалось местным священнослужителем.

Эти знания несколько меняют мое представление о грамотности крестьян в до ­революционное время, эти знания были получены из школьных учебников. И помню, что нам внушали, что крестьяне были все безграмотные. Стала искать сведения о том, когда возникли церковно-приходские школы и какие знания они давали.

13 (26) июня 1884 г. вышел указ императора Российского Александра III об учреждении церковно-приходских школ. Школы существовали и раньше, в Москве с XVII века. Введение в 1803 году бессословного и бесплатного обучения на основе церковно-приходских школ и уездных училищ, гимназий и университетов сделало Россию самой передовой страной Европы по доступности образования для народа (19).

Основным документом религиозного просвещения были «Правила о церковно-приходских школах» от 13 (26) июня 1884 г. (19). В этих документах говорилось, что церковно-приходскими школами именуются начальные училища, открываемые православным духовенством. В Правилах подчеркивалось, что приходские школы нераздельны с церковью, они должны внушать детям любовь к богослужению, чтобы посещения храмов Божиих и участие в богослужении сделалось навыком и потребностью сердца учащихся.

В воскресение и праздничные дни они должны были присутствовать при богослужении, а способные – участвовать в церковном чтении и пении. Ежедневные занятия начинаются и заканчиваются молитвой. Школы должны утверждать в народе православное учение веры и нравственности христианской и сообщать первоначальные полезные знания.

По определению Святейшего Синода от 2 июня 1886 г. за No 1412 была издана программа учебных предметов для ЦПШ. В ней также говорится что ей предшествует частное или предварительное наставление детей в семьях и в домашних школах грамоты. Воспитание христианского ребенка начинается с первых дней жизни. Искреннее благочестие отца и матери, благочестиво совершаемая ими молитва, их терпеливая покорность воле Божьей в тяжких испытаниях жизни, любовь к труду, забота о младших членах семьи – всё это передаётся восприимчивому сердцу ребенка в христианской семье.

Необходимые предметы школы грамоты составляют: научение чтению часослова, псалтыря, пение молитв и главнейших песнопений. За сим по степени важности следует чтение гражданской печати, письмо и начальное счисление (11).

Главным требованием к учителям и учительницам школ были: искренняя набожность, православная церковность и мягкое отношение к детям. Кандидаты на занимаемые должности учителя или учительницы должны были быть: мужчины не моложе 17 лет, женщины не моложе 16 лет. Создавалась особая экзаменационная комиссия при Правлении духовных семинарий или духовных училищ, для учительниц Советами женских епархиальных училищ.

При испытаниях на звание учителя нужно было знать не меньше двадцати молитв. А потом уже умение верно и толково читать правильно с точным произношением церковно-славянских букв и соблюдением ударений и знаков препинания.

При чтении по-старославянски требовалось: по возможности давать точный перевод на русский язык текста Святого Евангелия, в помощь учителям была издана книга Николая Ивановича Ильминского «Обучение старославянскому языку».

Предъявлялись требования к преподаванию остальных предметов: правильно и внятно читать и писать на русском языке, знать чистописание, арифметику, историю, географию. Особые требования были к политической благонадёжности кандидатов на учительские должности (12).

К началу либеральных реформ Императора Александра II духовенство уже основало свыше 18 тысяч начальных училищ, за которыми закрепилось название церковно-приходских школ.

Важную роль в церковно-школьном движении 1860-1870-х гг. сыграл Сергей Александрович Рачинский, российский ученый педагог, просветитель, профессор московского университета, ботаник и математик. В 1880 годах стал главным идеологом ЦПШ в своем родовом селе Татево, в 1872 г. создал первую в России школу с общежитием для крестьянских детей. Он обустраивал существующие школы и строил, и открывал новые. И изучая потребности детей, он пришёл к выводу что «первая практическая потребность русского народа есть общение с Божеством, не к театру тянется крестьянин в поисках искусства, а к церкви, не к газете, а к божественной книге» (1).

Рачинский считал, если человек научится читать на церковнославянском языке, ему будут понятны и Данте, и Шекспир, а кто освоит древние церковные «распевы», тот без труда поймет Бетховена и Баха (18).

К моменту издания указа в таких школах учились около полумиллиона человек и относились они к министерству народного просвещения. В целом российская система просвещения в эпоху Александра II отличались разнообразием: были и государственные, и ведомственные, и церковные школы. Государственные школы финансировались из бюджета министерства просвещения, земские за счет собираемых мест- ных налогов, а церковные школы содержались приходами на свои, порой скудные средства.

По высочайшему указу церковно-приходские школы были отданы в ведение Синоду. Им же были учреждены школы как двухгодичные, так и четырёхгодичные. В двухгодичных школах детей обучали вероучению, чтению и письму, основам истории, математике. В четырёхгодичных (двух- классных) объём знаний был шире и включал в обучение церковнославянский язык (13).

Возникли церковно-приходские школы и на Урале. Они создавались для обучения крестьянских детей закону божьему, письму и счету. Всеобщее обучение – это не просто количественное достижение в истории начальной школы. Переход к всеобучу означал важные качественные изменения, обуславливал новый виток развития образовательного процесса.

«Великие реформы» шестидесятых годов XIX века имели целью приведение системы образования в соответствие социально-экономическим потребностями страны. Обучение широких масс населения было признано задачей государственной важности.

В 1890 г. священник села Мехонского Шадринского уезда И. Мышкин писал: «… дело народного образования есть вопрос современный и весьма большой важности, к наилучшему разрешению которого призваны все, да и само правительство давно уже усиленно занимается им» (14).

Одним из итогов пореформенного периода в сфере образования стало появление и развитие начальной народной школы, прежде всего в сельской местности, позволивших с конца XIX в. в общероссийском масштабе ставить вопрос о всеобуче. Требования о всеобщем всеобучении чаще всего происходили от земских собраний и городских дум, которые нередко приходили к выводу о невозможности осуществлять те или иные намеченные меры «ввиду крайнего невежества большинства населения».

Эти идеи неоднократно поднимались в педагогической печати, с ними обращались к правительству разнообразные съезды, позднее они вошли в программы почти всех политический партий. Во всеобщей грамотности видели тогда необходимое условие для достижения страной лидирующих позиций в мировой экономике.

Благодаря появлению всеобщей начальной народной школы система образования Российской империи обрела мощный фундамент. История народного образования Урала к пореформенному времени уже имела достижения, обусловленные особенностями развития региона. Край обладал развитой системой горнозаводского образования. У жителей заводских посёлков давно выработалось позитивное отношение к школе. Даже при закрытии в пореформенное время (что случалось нередко) предприятий и переориентация населения на сельскохозяйственные работы, традиции обучения детей оставалась в силе (15).

На Урале присутствовала и значительная доля старообрядческого населения, традиционно имевшая более высокий уровень грамотности. В Камышловском уезде также были открыты церковно-приходские и земские школы. В селе Клевакинское школа появилась 1859 году и была самая старейшая, затем появилась школа в селе Мосино Клевакинской волости.

В селе Черемхово Клевакинской волости в 1884 г. была открыта церковно-приходская школа. Воспоминания об этой школе оставил Степан Корнилович Федоров. Родился он в деревне Глуховской 26 марта 1886 г. Деревня находилась в одной версте от села Черемхово и входила в приход церкви Вознесения господня.

Деревня Черемхина (Савина) название получила по имени первопоселенцев братьев Черемхиных: Савы, Алексея и Семена, которые поселились здесь примерно около 1694 года (20). Первый деревянный храм был освящен в 1754 году, до этого крестьяне ходили в церковь Каменского Завода.

Каменный храм был освящен в 1854 г. В 1877 году притч состоял из священника и псаломщика. 25 декабря 1879 г. при рождении брата Степана Ефима написано, что таинство крещения совершали священник Георгий Васильевич Будрин и псаломщик Степан Затопляев.

В книге В.В. Грибанова «История села Черемхова» было написано, что Затопляев был в церкви просвирником, старостой, в официальной справке из архива он значится псаломщиком (10).

Про священника Георгия Васильевича Будрина сведений больше. Он в 1854 году окончил курс в Пермской семинарии по первому классу. Это был XVIII выпуск со дня основания семинарии. Священником Яковом Шестаковым в честь столетия Пермской духовной семинарии в 1900 г. (1800-1900) был составлен справочник всех выпускников (16).

Георгий Васильевич Будрин прослужил в храме в селе Черемхово 27 лет 7 месяцев и 2 дня. Там же он похоронен. Побывав в 2018 году в селе, мы видели его мраморный памятник, на нём высечено «Здесь покоится тело священника Георгия Васильевича Будрина скончавшегося в 1890 году ноября 3-го дня 58 лет».  Памятник был перенесен к церкви после того, как старое кладбище было снесено при постройке дороги.

Георгий Васильевич и был создателем церковно-приходской школы в селе Черемхово. Все трудности по открытию школы он описал в газете «Екатеринбургские епархиальные ведомости» в No 28 от 30.08.1886 г. в неофициальном отделе в статье «Церковно-приходская школа в Черемховском селе Камышловского уезда».

Статья написана очень интересно, живо, так и представляется как происходили все эти события. Даже с присутствием юмора. Школа была открыта его стараниями с благословения архи-пасторского 26 ноября 1884 г. В этот день по повестке собрались отцы и матери с детьми своими: день был воскресный; народу было полный храм; дети стояли впереди храма. Умилительно было смотреть на толпу крестьянских детей при мысли что сии птенцы желают грамоты, познаний, образования (2). После молебна дети с родителями пошли в дом священника, где и будет находиться школа. Была прочитана молитва «Царю небесный», детям рассказали о пользе учения и были записаны дети, которые пожелали учиться 46 детей.

Учение началось на следующий день и мальчиков прибыло, на третий день их оказалось уже 50 человек. «в следующие дни мальчики ещё прибывали, но я был вынужден отказать в приеме по причине тесной комнаты, отведённой под школу» (2).

В первые дни учения некоторые дети стояли на ногах – некуда было посадить, было всего пять крестьянских столов, было очень тесно. В следующие дни столы вытащили и вместо них поставили просто тесанные доски и лавки, стало удобней сидеть. Была классная доска перед глазами всех учеников, и всем ученикам были даны аспидные доски с грифелями.

Когда было изучено несколько букв, даны были всем азбуки. Дети учились читать и писать одновременно. Интересно пишет Будрин откуда взялись средства на приобретение азбук, досок, грифелей и других принадлежностей школы «пусть ведает об этом Един Бог… да не увесть шуйца твоя, что творить десница твоя».  Азбуки приобретены были из Каменского завода, из Екатеринбурга и из Перми.

Георгий Васильевич описывает не только об обучении, но и как говорится о мирском. От большого скопления учеников в маленьком помещении было много грязи, сору и вони. Вонь шла от полушубков, зипунов, намазанной дегтем обуви и от самых ребят. Потому атмосфера уже к полудню становилась невыносимой несмотря на то, что печная труба не закрывалась, форточка на оконной раме тоже не закрывалась.

Будрин надеялся, что помогать в уборке помещений будут матери учеников, но ни одна мать этого делать не стала. Чистоту и опрятность наводила семья и прислуга хозяина школы. «Так с горем и радостью закончили первый год учения, с горем от нечистоты, духоты и тесноты, с радостью – от прилежания детей к учению и от успехов их. Да успехи были неожиданные».

Священник радовался тому, что дети уже в марте читали молитвенники, писали цифры и знали выговор их до миллиона, научились сложению и вычитанию простых чисел, знали наизусть некоторые молитвы. За пять месяцев это было большое достижение.

Учителю Василию Егоровичу (Георгиевичу) Будрину далось это не легко, бился он с учениками по пять, шесть часов в день. Жалования он не получал. Василий Егорович занимался с детьми с большим воодушевлением, и даже по праздникам.

Будрин пишет, что учитель за свои подвижнические труды ничего не получил. «Трудится он и теперь, не ослабевая, вероятно в чаянии себе какой-либо милости, но от кого? От наших крестьян ничего ему не дождаться».

Объясняя тем, что учить детей они отдают охотно, но помогать чем-либо материальным в деле обучения, благодарность за труды они ещё неспособны: для них всё бы делали даром. Открытию школы радовался не долго, так как умер в 1890 году от болезни сердца. В 1891 г. в селе было построено отдельное здание для школы. После революции в 1919 году в бывшей школе открылся Народный дом, а начальная школа была вновь переведена в дом священника.

Степан Корнилович пишет, что пошёл в школу в 1895 г. девяти лет. В школе было три класса. В первый год обучения был только один учитель Василий Егорович (Георгиевич) Будрин. Священник Михаил приходил два раза в неделю: учил молитвы да Закон божий, ветхую историю. Учитель учил читать, писать на русском и славянском, арифметику, русскую историю, немного географии.

На второй год дали второго учителя Вячеслава Михайловича, тоже сына священнослужителя, на третий год в школе появилась учительница Поллинария Андреевна.

Окончил три класса на хорошо и получил в подарок «Евангелие». Учитель привил любовь к чтению. В школе была маленькая библиотека и я стал брать и читать книги. Это занятие меня завлекало, читал «Робинзон Крузо», «Тарас Бульба». Перечитав, все книги в школьной библиотеке, стал брать книги в Клевакинской библиотеке.

В этой библиотеке было много книг научных – по географии, астрономии, истории Руси. Читал и книги писателей и поэтов Пушкина, Лермонтова, Некрасова и Гоголя. Читал и газеты, из газет был только «Сельский вестник».

Воспоминания Степана Корниловича были использованы в книге В.В. Грибанова «История села Черемховского» (10).

В 1907 году Степана Корниловича призвали на военную службу, служил Степан Корнилович 4 года в конном кирасирском полку в городе Гатчина. Этот полк занимался охраной царских особ. Законченное трехклассное образование давало ему льготу на уменьшение службы в армии до четырёх лет вместо пяти.

Для определения общественного статуса ЦПШ была принята важная мера, как установление образовательного ценза начальной церковной школы. Осенью 1886 года определением Святейшего Синода No 2095 от 8-15.10.1886 г. были установлены Правила о выдаче свидетельств об окончании ЦПШ, имеющих равное значение со свидетельством земских начальных школ и подобно тем, дающих льготу IV разряда в отношении воинской повинности для их выпускников. Эта льгота состояла в значительном сокращении срока службы для лиц, имеющих законченное начальное образование.

Свидетельства выдавались епархиальным училищным советом. Комиссия состояла из трёх человека: священник – наблюдатель или по его назначению один из ЦПШ священников; б) один из преподавателей, окончивших духовную семинарию или Епархиальное училище; в) епархиальный или уездный наблюдатель (12). Церковно-приходские школы сыграли огромную роль в образовании крестьян России и наших родственников. Обучение в церковно-приходских школах помогло им в дальнейшей жизни.

Примечания:

1. Алековский В.Н. Сельские школы С. А. Рачинского//Русь — М 1884 — No6 с14 -21, Мир Божий – СПб 1894 No11.
2. Будрин Г.В. Церковно – приходская школа в Черемховском селе Камышловского уезда // Екатеринбургские епархиальные ведомости.1886. No28. Отд. неоффиц. Стр. 627-631.
3. Воспоминания Т. П. Байновой. /
4. Воспоминания К.А. Благининой.
5. Воспоминания В. С. Зыряновой.
6. Воспоминания П.Е. Шумиловой.
7. Воспоминания И.А. Воликовой и З.А. Лучинкиной.
8. Воспоминания С. К. Фёдорова.
9. Выпись о браке за No11 выдана Народным Комиссариатам внутренних дел, Бюро записи актов гражданского состояния при Байновском с/с.
10. Грибанов В.В. «Из истории села Черемховского».
11. Екатеринбургские Епархиальные ведомости No32,33 от 27 сентября 1886г.
12. Екатеринбургские Епархиальные ведомости No27 от 23 августа 1886г. Указ его Императорского Величества, Самодержца Всероссийского из Святейшего Правительствующего Синода.
13. Екатеринбургские Епархиальные ведомости. No 3,4 от 26.04.1886г Указ от 28 марта 1886 г. No 674
14. Мышкин И. Несколько слов о поддержании школ грамоты средствами земств // Екатеринбургские епархиальные ведомости. 1890. No36. Отд. неоффиц. С. 842 -847.
15. Орлов А.П. Обозрение некоторых начальных народных училищ Пермской губернии за 1871 год // Сборник Пермского ведомства. 1872. Июль – август. С.61 – 86
16. Священник Яков Шестаков. Справочная книга всех окончивших курс Пермской духовной семинарии. Типография Каменского 1900г. Пермь. 
17. Удостоверение No515 курсы при Минском Доме Красной Армии имени СНК БССР.
18. Ушакова И.В. «Из доброго сокровища сердца своего» Нижний Новгород; Родное пепелище 2013 – 224 с (статьи и письма С.А. Рачинского)
19. Церковный вестник 1884г. No29
20. «Приходы и церкви Екатеринбургской Епархии». Изд. Екатеринбург, Братство святого Праведника Симеона Верхотурского чудотворца 1902 г. стр.647.